Enrof.net - форум фэнтези-портала

Ёлка

Дон Франсиско задумчиво ходил по палубе линейного пятидесятипушечного военного корабля «Мария Глориоса». До Картахены, денежного центра Новой Испании, было еще около трех дней при попутном ветре. Возможно даже двух. И после Картахены, уже в полностью вступившим в полномочия вице-короля на Карибах, дон Франсиско поехал бы на Панамский перешеек. Дон Франсиско чуть улыбнулся своим мыслям. Это был новый шаг в его жизни, его звездный час. Новая веха, tabula rasa… Его победа, которую он, истребив в Новом свете пиратов и заставив замолчать врагов короны, преподнесет к ногам короля…и Хуаны…
От радужных мыслей его оторвал голос боцмана.
-Капитан, ветер меняется. Будет шторм.
Дон Франсиско медленно повернулся и кивнул. Шторма «Марие Глориосе» были нестрашны, сбиться с курса посреди архипелага тоже было нестрашно – пушек было достаточно.
-Спустить паруса. И всех вниз. – негромко распорядился герцог, боцман дал свисток, и матросы забегали по палубе.

Айна

Под усилившимися порывами ветра бился и хлопал синий флаг с вытканной на нем черной ласточкой. Крылья птицы распластались в полете, силясь сорваться с полотнища, но последнее крепко держало пернатую пленницу, так же крепко, как сам флаг держался на флагштоке на фок-мачте. Чуть дальше, на грот-мачте, трепетал британский флаг с крестом Святого Георгия.
В море, определив флаг корабля, можно определить его государственную принадлежность, после чего становилось понятным, кто это – друг или враг. Но и флаг не давал полной гарантии. Пираты и каперы, а случалось, что и военные корабли, часто поднимали чужие государственные флаги, чтобы иметь возможность спокойно приблизиться к противнику. Сблизившись, корабль поднимал свой настоящий флаг, что по морским законам давало основания начать бой. Поэтому, наиболее разумным подходом было считать все встречающиеся на пути корабли вражескими, особенно во время войны.
Трехмачтовая двухпалубная шхуна «Ласточка» была каперским британским судном, а потому имела полное право, наряду с государственным флагом, нести дополнительные символы, указывающие на ее каперскую деятельность. Однако на фок-мачте реяла вполне безобидная ласточка… Был ли в этом какой-либо умысел?
Несмотря на сильный ветер, судно продвигалось с явным затруднением: под бушпритом чернела дыра, а от бизань-мачты, снесенной пушечным ядром, торчал жалкий обрубок с зазубренными краями. То были последствия обмена любезностями с испанским галионом, не пожелавшим добровольно расстаться со своим грузом. Да и кто добровольно расстанется c двумя ящиками золотых монет? Испанец был обстрелян и взят на абордаж, вышеупомянутые ящики теперь куда лучше смотрелись в трюме «Ласточки» и грели души ее матросам.
«Ласточка» держала курс на Барбадос. Требовалось устранить повреждения и пополнить запасы воды и провианта, в Бриджтауне можно было рассчитывать и на то, и на другое. Конечно же, причины нынешнего состояния шхуны будут преподнесены губернатору в несколько ином виде – английскому судну, пусть и каперскому, не пристало нападать на испанский галион, скорее наоборот. А после вынужденного боя «Ласточка» любезно согласилась принять на свой борт золото. Звучит правдоподобно?
Усмехнувшись своим мыслям, Ева свернула верительную грамоту кастильского гранда, капитана злосчастного галиона, и посмотрела в квадратное окно, выходящее на корму. Дон Диего… Встреться мы с Вами при других обстоятельствах, еще неизвестно, кто бы первым подписал капитуляцию. Чертовски привлекателен! Но испанец. Быть может, я зря не взяла его в качестве военного трофея…
Удлиненные аристократические пальцы пробежались по столу и коснулись капитанской треуголки. Это каюта капитана? А где же сам капитан и почему на корабле женщина? Все объяснялось очень просто, эта стройная брюнетка с горящим взглядом и была капитаном шхуны. Это она отдала приказ держать курс на Барбадос. Это она готовилась к разговору с губернатором Стидом, уверенная в том, что ей без особого труда удастся его убедить.
Картина за бортом не порадовала капитана. Небо наливалось свинцом, по волнам бежали белые пенные барашки. Скоро начнется штиль, тревожное затишье перед бурей, а затем…
Если «Ласточка» переживет этот шторм, она переживет и все остальное. Одержав победу над испанцем, будет обидно проиграть стихии… Так и не надев треуголку, Ева покинула капитанскую каюту. Требовалось отдать необходимые распоряжения.

Lucifer Light

Rise, hold fast your faith,
To lie dormant is certain death (c)

Верхняя палуба "Ласточки".

- Паписты... - с легким презрением хмыкнул Эдмунд. - Только и знают, что голосить как резаные. Каррамба! Корсарос!
Расслабленно прислонившись к фальшборту, рыжебородый шкипер невозмутимо разглядывал остатки несчастной бизань-мачты. Краем глаза он следил за курсом шхуны, изредка обращаясь к морякам с отрывистыми, негромкими командами.
Конечно, повреждения на самом деле были довольно-таки нешуточными. Проклятый испанец потрепал "Ласточку" так, как этого ни в жизнь не смогли бы сделать какие-нибудь буканьеры с окрестных островов. Но до сахарного Барбадоса было уже рукой подать, поэтому почтенный купеческий сын Эдмунд Брумс отнюдь не горевал из-за умаления корабельного имущества.
Да и чего горевать, если на дублоны, "одолженные" у полоумных подданных его католического величества, при желании можно будет обновить не только бизань-, но и грот-мачту. Или даже подлатать весь редноут. И не будет никаких приказчиков или пайщиков, вечно норовящих отхватить себе добрую долю деньжат. Хватит уже, насмотрелся в свое время...
Знатно поживились, о да. Мысль о золоте, схороненном в трюме шхуны, грела ничуть не хуже недавно выпитого рома. После встречи с галионом Брумс на радостях выдал команде непривычно большую порцию. Он бы с удовольствием распил свою фляжку с самим капитаном, но, увы, командир шхуны предпочитала менее крепкое пойло. На то она и леди.
Эдмунд мечтательно усмехнулся. Еще года три такой удачи - и он вернется в отчий дом, чтобы утереть нос кичливому братцу Найджелу. Купит себе большой, всамделишный дом, вложит оставшийся капитал в прибыльное, но приличное дельце. Дай боже, тогда в Лондоне будет уже совсем другой король. Не зря ведь ходят слухи, что проходимец Джеймс совсем сел в калошу и переругался со всеми, с кем только мог.
А еще через лет пять-шесть... Снова в море? Да с радостью!
... Шкипер наконец отвлекся от приятных раздумий. Погода, кажется, вознамерилась преподнести "Ласточке" не самый желанный подарочек. Ну да ничего, сколько уже ходили на Барбадос, а ни одной серьезной бури так и не застали. Мелочей же бояться не стоит. Говоря по совести, даже слабенький шторм может заставить поволноваться, но что с того? Поштормит и пройдет.
- Хэнк!
- Да, сэр, - ответствовал моментально замерший на месте матрос.
- Пусть ребята будут наготове. Сам видишь - полный штиль. А потом ветерок поднимется, ну и... Ступай, нечего кивать попусту.
Команда, подобранная еще покойником Смитом, была вышколена на зависть. Эдмунда ребята слушались беспрекословно. Поэтому никто даже не вздумал роптать, когда свои права на капитанскую каюту предъявила женщина. Знатная, неглупая, знающая судно - но ведь женщина!
Сам Брумс бунтовать тем более не собирался. Всякое бывает. Пусть мелкая буканьерская сошка боится дамочек как чумных крыс, раз уж им так хочется. На "Ласточке" таких глупостей отродясь не бывало.
Да и кому еще быть капитаном? Ему, Эдмунду? Нет уж, благодарю покорно. Капитан каперов - на диво хлопотная работенка для мужчины. А вот леди Еве она, наоборот, к лицу. Да ей все к лицу, ей-богу. Лицо-то какое...
Вот она, легка на помине. Погасив никчемные, грозящие навредить ему мысли, шкипер деловито сплюнул за борт, одернул куртку и зашагал навстречу приближающейся хозяйке шхуны.

Charoid

Хулио находился в трюмах и проверял наличие военных и пищевых запасов, когда на палубе началась суматоха относительно приближающегося шторма. Шторм его никак не волновал. Хулио привык к опасностям и любой случай, предоставляющий таковое ему давал ему полное наслаждение. Хулио провел рукой по шраму. Да, единственный случай, когда он оказался лицом к лицу со смертью, была стычка с англичанами. Но тогда его сохранил бог. Сможет ли он еще раз сохранить Хулио? А, впринцие сие не так уж и важно.
Совершив свой привычный обход, Хулио выбрался на верхнюю палубу, чтобы хоть чуточку вдохнуть свежий морской воздух.

Ариэль

Le vent, оправдывая свое название легко и стремительно скользил по водной глади. Волны с шумом разбивались о борт корабля, превращаясь в мириады мелких брызг, переливавшихся всеми цветами радуги.
Валери де Ворен задумчиво стояла на палубе, с грустью прикидывая как долго еще будет продолжаться вынужденное морское путешествие. Ах, если бы не этот сундук! Но теперь доставка его была делом чести, от которой к тому же напрямую зависела дальнейшая карьера, а это было вполне весомым аргументом. Вернее, даже, основным и неоспоримым. Солнце светило прямо в глаза, и Валери приходилось щурится, чтобы хоть что-то разглядеть. В очередной раз корабль сильно тряхнуло, и она судорожно сглотнула. О, если бы кто-то знал, как ей надоело изо дня в день чувствовать себя вымотанной и морально, и физически! Это чертово путешествие было порядочным испытанием для ее выдержки, но она была бы не Де Ворен, если бы не вынесла такой ничтожной проверки на стойкость.
Задул норд-ост и стало заметно прохладнее. Валери стала мерить шагами палубу, стараясь согреться. Черт! Барометр падал со вчерашнего дня, дело явно шло к штормовому норд осту.
Она оглядела горизонт в подзорную трубу . Все небо заволокли тяжелые черные тучи. Они неумолимо вытесняли малейший просвет, не давай ни надежды, что все обойдется спокойно. Ветер тоже крепчал. Он становился все более и более порывистым, с дождевыми шквалами.
Вокруг все сливалось в адском грохоте – шумели волны, скрипела древесина, протяжно завывал ветер. Это отчаянно нервировало, и все же какие-то меры предпринимать было необходимо

-Легрис! – Валери старалась перекричать разбушевавшуюся стихию, - Убрать паруса!

Фриолт (canon)

Ристо сидел в бочке и дремал, когда вдруг услышал чьи то шаги.
Бочка была убежищем ненадежным, но так как в ету бочку давно уже опустевшую никто не заглядывал, Ристо спокойненько себе продолжал сидеть внутри, ветра весь день небыло, и когда началась легкая качка - предвестие крупного шторма, Ристо вылез, во время шторма ему всегда хотелось есть, а т.к шкипер уже ушел, Юноша мог разгуливать по трюму как у себя дома...

Ёлка

-Хулио! - дон Франсиско неспеша подошел к молодому шкиперу. - Отчего вы здесь?Шторм налетает так же внезапно,как и кончается, вам ли это не знать. - На самом деле кабальеро не был настолько опытным мореплавателем,как хотел казаться,но он быстро учился.И единственный пережитый им шторм был хорошим уроком. - Мощный корабль - как дом на волнах,не так ли?Всегда можно... - дон Фарнсиско недоговорил - огромная волна плеснула на палубу,окатив гранда с ног до головы.
-Вниз! - коротко воскликнул герцог и потянул шкипера за собой.

Фриолт (canon)

"diable, Shit." выругался парень, его тряхнуло об стенку... на несколько секунд его выдернуло из реальности, когда-же он в неё вернулся, то рванул наверх по лестнице на палубу, такого шторма он еще не видел...

Рэд

Эдмон, который находился рядом с капитаном Де Ворен и наблюдал за надвигающейся бурей, кратко кивнул и быстрым шагом направился к матросам, которые отлынивали от работы и тоже следили за резко ухудшающейся погодой.

- Убрать паруса! - скомандовал Легрис. - Приказ капитана!

Матросы засуетились, передавая приаказ дальше своим товарищам, заспешили убрать паруса, чтобы положить фрегат в дрейф.

Ветер усиливался. Вдали послышались раскаты грома. Эдмон смотрел на чёрную громаду туч, которые неслись всё быстрей и быстрей. Что какой-то корабль и людишки в сравнении со стихией?
Пытаясь не думать о предстоящем - в конце концов, это не первый его шторм - он направился обратно к капитану, доложить, что приказ приведён в исполнение.

- Скоро корабль ляжет в дрейф, капитан... - Легрис помедлил. - Нас хорошо потреплет.

Эдмон пронаблюдал за реакцией капитана. Она была еще молода, и он сомневался, что ей когда-либо доводилось руководить кораблём в шторм. Впрочем, на свои способности он тоже сильно не надеялся. Старик Дюваль - прошлый капитан судна, за свою жизнь пережил много штормов и отлично знал, как руководить командой в экстренных ситуациях, держал всех крепким хватом, и пусть бы попробовал кто сделать хоть шаг в сторону без его ведома...

Эдмон, еще раз оглянулся на тучи и пошел исполнять свои обязанности, попутно потарапливая матросов и короткими, но содержательными фразами грозясь выкинуть любого из них за борт, если осмелятся ослушаться капитана или его.

Charoid

- Я понимаю, что вы беспокоитесь о команде. - спокойно ответил Хулио, аккуратно пытаясь отцепиться от цепких пальцев дона Франциско. - Но меня тревожит одна вещь. Такое чувство, что мы что-то упустили.
Отцепившись наконец от рук капитана, Хулио выбрался на палубу. Подойдя к корме, Хулио посмотрел вниз. Повреждений вроде незаметно, что уже радовало. Однако не сие волновало юношу. Он посмотрел вокруг себя и, заметив на корме бочки, направился к ним. Проходя мимо каждой и машинально постукивая по ним своей излюбленной маленькой палочкой, юноша заметил молодого человека, который словно вылетел на палубу.
"Что за..?" - выругался про себя Хулио и, вытаскивая свою шпагу, направился в сторону лихача.
- Именем короля Испании. - грозно проговорил он, хватая юношу за руку. - Кто таков и что ты делаешь на корабле?

Айна

Шхуна "Ласточка"

Черно-фиолетовый сумрак карибского неба навис над морем, тревожным ожиданием накрыл шхуну. Паники не было, да и откуда ей взяться у просмоленных морских волков? Не первый шторм и, дай Бог, не последний.
- Брумс! - приближаясь к шкиперу, обратилась Ева. - Полный штиль, прикажите убрать паруса и задраить люки до начала шторма.
Взгляд капитана скользнул вверх по снастям, задержался на жалком обрубке бизань-мачты. Но не это беспокоило Еву. Пробоина под бушпритом - вот, что было самое серьезное.
- Да, Брумс, и приготовьте помпу в носовой части. Боюсь, нынче мы от души хлебнем солёной водички.
Лицо Евы было серьезно, но в глазах светился азартный огонек.

Lucifer Light

Шхуна "Ласточка".

- Да, капитан, - бесстрастно проронил Эдмунд, выслушав вполне ожидаемые команды. - Будет сделано.
"А все-таки она умница... Ох, дубина, и о чем ты только думаешь?!..."
Брумс мельком взглянул на низкое небо, с поразительной быстротой заволакивавшееся пока еще небольшими, но не сулившими никаких радостей тучами. Нужно поторапливаться - штиль, кажется, продержится недолго. Впрочем, ребята поймут его с полуслова.
- Эй, на баке! - рявкнул шкипер, для пущей убедительности замахав руками. - Тащите насос! Двоим быть наготове!
Не дожидаясь ответа, он резко развернулся и поспешил к грот-мачте, у которой сейчас работала основная часть команды.
- Слушай мою команду! Убрать паруса! И пошевеливайтесь, коль не хотите повидаться с морским дьяволом!
Никакой суматохи, никто не сталкивается лбом с несущимся невесть куда товарищем, не мечется по палубе из стороны в сторону. Брумс не успел и глазом моргнуть, как несколько матросов уже подбежали к шпору грот-мачты. Другие стремглав неслись в носовую часть.
- Эй, вы, на юте! - надрываясь, голосил шкипер, уже почувствовавший обманчиво слабое усиление молчавшего до сей поры ветра. - Живо вниз! Задраить люки!
Моряки сосредоточенно, стиснув зубы, хлопотали над парусами.
- Давай, давай, орлы! Осталось немного! На берегу вас ждут танцульки, выпивка и фермерские дочки!
В лицо Брумсу плеснули неприятно-соленые брызги. Еще немного - и начнется всамделишная буря. Тем временем кливер и фок уже были спущены, дело оставалось за грот-мачтой.
- Помпа, за работу!
Тучи нависли над шхуной, словно набухшие соком гроздья исполинского винограда. Становилось все холоднее. Эдмунд запахнул куртку и удовлетворенно хмыкнул, наблюдая за усилиями подчиненных.
- Шкипер! Нас относит на запад! Мы не справимся!
- Черт побери!
Вот это уже не к спеху. Придется сменить курс, пока ветра не превратили "Ласточку" в свою игрушку.
Понимающе кивнув взволнованному вахтенному, Брумс сложил ладони у рта и прокричал:
- Капитан! Позвольте лечь в бейдевинд!
Восточный ветер неистовствовал, и шкипер невольно подумал, что шторм выдастся более серьезным, чем он предполагал.

Фриолт (canon)

на палубе Марии Глориосы,
Ристо, уныло сидел... необращая внимания на шкипера, и лишь когда оный вытащил шпагу, ристо подскочил со словами ¡diablo!, ¡demonio!, ¡diantre!, Капитан неужели вы будете нападать на безоружного человека - Парень попытался вырваться, по крайней мере он сделал вид что пытается, после чего смиренно сел прямо на палубу - и прошептал тихо, тихо -
dueño я просто хотел в команду...

Ариэль

- Скоро корабль ляжет в дрейф, капитан... - Легрис помедлил. - Нас хорошо потреплет.
Черт! Вот только шторма для полного счастья нам и не хватало! И что Легрис так на меня смотрит? Держу пари, он считает, что я излишне молода и неопытна для руководства судном! Ха! Но несмотря на бурю эмоций в душе, внешне Валери оставалась абсолютно спокойной и невозмутимой. Итак, сейчас надо взять себя в руки и собраться с мыслями. Но собираться с мыслями в таких условиях было просто фантастически сложно.
Легрис отдавал приказания, поторапливая этих неповоротливых увальней. Они нехотя сворачивали паруса, задраивали люки, и все делали так медленно и безынициативно, словно шторм для них был делом плевым и совершенно безопасным – так, подумаешь, легкая морская прогулка…
-Эй, Жерар, ты только посмотри на нашего капитана! Как побледнела, наверное мысленно уже пишет прощальное письмо маменьке и папеньке,- донеслось до Валери. В несколько широких шагов она оказалась рядом с говорившим.
Это был Жан Ксавье, один из матросов, который с самого начала плавания отличался на редкость отвратительной дисциплиной и работоспособностью. Сейчас же, когда все матросы хоть как-то суетились и бегали, он сидел со своим товарищем и с интересом наблюдал за происходящим, время от времени отпуская глумливые комментарии.
-Так-так. Ксавье, и снова ты,- раздался вкрадчивый голос у него над ухом. Жан резко повернулся, практически уткнувшись носом в кортик Валери.
Жан прищурился и с вызовом посмотрел на нее. Валери удивленно приподняла бровь.
- Ксавье, я что-то не поняла, так и будем сидеть? Работать живо! Это приказ! – и на последнем слове послышался душераздирающий треск, и каждый узнал бы его из тысячи. Это был звук ломающегося дерева.
Казалось, на мгновение все на палубе замерли, охваченные волной безотчетного страха.
Фок-мачта накренилась и начала стремительно терять свой первоздано-прямой вид.
Эффект был практически как от разорвавшейся бомбы. Все забегали и замелькали с такой скоростью, что было невозможно разобрать что происходит.
Стихия тоже вносила свою лепту в сумятицу происходящего. Ветер дул с такой силой, что стоило больших усилий устоять на ногах, не отставали от общего дела и волны, разбушевавшиеся до такой степени, что грозились смыть всех с палубы. Чинить мачту в таком хаосе было нереально, и все же пара матросов пытались не дать фок-мачте сломаться окончательно. Одни пытались укрепить разрушенные участки, а другие тянули канаты, стараясь поставить на место верхушку .
Но всем было понятно, что это и есть начало конца.

Айна

Шхуна "Ласточка"

Одной рукой Ева держалась за ванты, другой пыталась убрать волосы с лица. Ветер ревел, море бушевало, "Ласточка" кренилась то на один, то на другой борт и пару раз вспорола бушпритом сизые дюны карибских вод. Капитан слышала, как Брумс отдал команду матросам и заработала помпа, теперь же шкипер просил позволения идти в бейдевинд...
Капитан окинула взглядом бушующую стихию, мысли быстро и четко стучали в мозгу.
- Поставить фор-стеньги-стаксель! Идем бейдевинд! Закрепить штурвал!
Штормовой парус, натянутый прямо на штагах между фок-мачтой и бушпритом, при крутом бейдевинде давал возможность хоть как-то держаться первоначального курса. При теперяшнем положении вещей Барбадос казался Землей Обетованной, а Бриджтаун - Эдемом.
Сердце кольнуло предчувствием, будто не видать ей, как над горой Хиллбай восходит медно-золотистое солнце... Ева поморщилась, не то от дурных мыслей, не то от соленых брызг, и сосредоточилась на настоящем.